Я уже писал, что бросающейся в глаза особенностью нашего Ариэльского университета является очень заметный рост числа самых различных служащих всех возможных и невозможных структур, которые можно назвать общим словом “бюрократические”. Используя этот термин, я вовсе не хочу сказать, что эти структуры не нужны. Они очень нужны, часто совершенно необходимы для нормального функционирования университета. Но просто, на мой взгляд, нужно иметь в виду то, что они – вспомогательные структуры. Это как, например, уборщица в больнице. Если не будет хорошей уборщицы, больница быстро зарастет грязью, станет источником всевозможной заразы, и в ней будет невозможно ни работать, ни лечиться. И все-таки больница создана и существует не для уборщиц, а ради лечения больных. И самая чистая в мире больница не стоит ничего без врачей и медсестер. Все просто: есть тот персонал, который выполняет главную задачу заведения, и есть тот, который этому способствует. Оба вида совершенно необходимы. Но первый важнее. Вот у нас, как мне кажется, это очень часто упускается из виду.
Эпизод второй. Лет пяток назад я стал каждый день получать на рабочую электронную почту несколько посланий от координатора Исследовательского управления университета. В ста процентах случаев эти послания содержали описания исследовательских грантов по медико-биологической тематике. И меня это очень раздражало. Во-первых, я никакого отношения к медицине и биологии не имею, в Исследовательском управлении это хорошо известно и, на мой взгляд, координатор могла бы немножко сортировать такие письма: кому-то про насосы, кому-то другому про колеса. Во-вторых, каждый день я был должен пробежать глазами и удалить с полсотни писем такого вида. Не только из Исследовательского управления, но и от всевозможных других структур: “открыта запись на льготную поездку в Таиланд, оплаченную университетом”, “Декан факультета просит распространит по персоналу вчерашнюю статью в “Маариве”, потому что он считает эту статью чрезвычайно важной”, “Желающих участвовать в организации летнего лагеря для детей сотрудников просят срочно связаться с Виви из отдела кадров”, “всем лекторам необходимо срочно предоставить в библиотеку уточненные списки литературы, используемой на их курсах”, “Наша Ципи выходит замуж, всем желающим сдать по десять шекелей на подарок в комнату 6.0.2” и прочие очень важные и срочно необходимые вещи.
Но если от других структур весь этот мусор приходил, скажем, раз в пару недель, то координатор Исследовательского управления буквально заваливала меня е-мэйлами. Это особый вид спама – внутренний спам. Внешний спам до моего почтового ящика вообще не доходит, полностью отсекаясь университетскими фильтрами еще на общем сервере. А вот внутренний спам приходится хотя бы на уровне заголовка прочитать и осмыслить, потому что те же люди, которые сегодня шлют тебе спам, завтра могут послать что-то реально важное. В общем, у меня была дикая запарка, внутренние спамеры меня достали, и я написал этой координаторше письмо, в котором предложил прекратить заваливать меня тоннами ненужного мусора. В принципе, вежливо написал. Как разумному человеку.
Через несколько минут мне позвонил глава Исследовательского управления и попросил срочно зайти к нему. Я пошел. Мы были с ним знакомы много лет и находились в очень неплохих, почти приятельских отношениях, поэтому я был совершенно уверен, что речь зайдет о каком-нибудь интересном проекте. К моему удивлению, меня ждал холодный прием и попытка отчитать как мальчишку за то, что я обидел хорошую девочку, которая всего лишь выполняла его непосредственное указание. Я сначала офигел от удивления, потом безо всякого успеха попытался объясниться по-человечески, потом озверел и сказал, что был не в курсе о том, что идиотизм исходит не от координатора, а от самого главы управления. Поэтому я согласен с тем, что девочка была обижена совершенно незаслуженно и готов перед ней извиниться, хоть устно, хоть письменно. Он заявил, что эти е-мейлы способствуют повышению эффективности работы академического персонала. Я поинтересовался, как именно, по его мнению, е-мэйл о гранте за исследования болезни Альгеймера могут повысить эффективность работы человека, который, например, занимается исследованиями шарнирных устройств у роботов. На вопрос мой он не ответил, но зато сказал, что всегда считал меня интеллигентным человеком и не ожидал, что я стану хамить женщине, да еще и при исполнении. Я сказал, что разочарован им нисколько не меньше, поскольку до этого разговора был уверен в его высоком интеллекте… В общем, мы плодотворно побеседовали.
После этого разговора мы с главой Исследовательского управления, понятное дело, перестали разговаривать. Недавно его сильно повысили в должности (почему-то именно люди такого типа обычно быстро идут вверх по карьерной лестнице). На его место пришел другой человек. При котором рассылка спама из Исследовательского управления заметно сократилась, а эффективность работы управления заметна возросла. Проблема в том, что теперь под началом бывшего главы Исследовательского управления стало заметно больше “девочек”. Ну да ладно. Странная штука – жизнь.