(21 декабря 2021 года)
Я уже давно привык (хотя вру – к этому невозможно привыкнуть), что многие слова поменяли свои значения. Это нормально, мир меняется, а мы с ним вместе. Сегодня пантомима слова «писать» воспроизводит не росчерк ручкой в правой руке, а набор текста на клавиатуре обеими руками. «Статью» не читают, а смотрят по ящику или на видео. «Книгу» все чаще слушают. «Письмо» давно уже не на бумаге. Впрочем, электронная почта уже тоже устаревает, ее место занимают сервисы мгновенных сообщений. Которые, кстати, все чаще наговаривают, а не пишут.
Некоторые базовые концепции непонятны новому поколению. Практически никто не знает, что такое «гладить» в смысле утюга. В Израиле давно исчезла зимняя одежда и сейчас исчезает обувь по сезонам. Если молодой израильтянин покупает куртку, значит, собрался на лыжный курорт в Австрию. «Велосипед» и «самокат» подразумевают вопрос, на сколько хватает заряда батареи. Несколько лет назад меня остановила полиция за езду на велосипеде по тротуару. Хотели оштрафовать, поскольку закон запрещает электровелосипед на тротуаре. Я сказал им, что если они найдут в моем велосипеде хоть что-нибудь электрическое, я им ещё и бонус от себя лично выплачу. Какое- то время искали мотор, потом долго не верили своим глазам. Расстроились.
Вчера сын пришёл на свои первые армейские выходные. Спросили, хватает ли ему сменных носков и белья, или они там стирают. Сын ответил, что всего хватило, носки ни разу не михзер. Михзер на иврите означает «вторично использовать»: макулатуру, бутылки, пластик и т.п. Наш сын точно знает, что такое «стирать». Это значит положить вещи в стиральную машину и включить ее. Или отдать маме – она лучше знает. На их базе нет стиральной машины. Поэтому свои носки они не стирают, а мемахзерим – готовят к повторному использованию при помощи воды, мыла и рук.
Куда катится мир? Или это просто я отстал от поезда?