Вчера я столкнулся с совершенно графоманским текстом на иврите. Дело житейское, все бывает. Но тут мне как раз по ходу дискуссии с израильтянами понадобилось использовать слово «графоман» на иврите. Слово оказалось для них непонятным, а я – непонятым. Что было обидно. Вот по-русски как удобно: обозвал кого-нибудь графоманом, и все понимают: бездарность и бумагомаратель. А на иврите – полнейшее отсутствие реакции. Я полез в источники. Слово графоман в иврите есть. Но значение у него больше техническое: человек с расстройством психики, которое выражается в неодолимой тяге к писанию. Примерно как тяга к кражам у клептомана. А вот переносного смысла, который в русском является главным, я в источниках не обнаружил.
Тут я вспомнил про слово бециниют «цинично, с цинизмом», которым мои дети и мои студенты описывают тот факт, что практически во всем, что они от меня слышат, присутствует второй смысл. Который и является настоящим, лишь слегка спрятанным под смыслом буквальным. Ну, например, шваркнет дитё кетчуп на пол, а я ему: «Молодец! Но кучность не очень. И форма пятна неидеальная. Надо тренироваться.» Дети в таких случаях говорят прямо: «Папа, опять ты со своим цинизмом.» А студенты, которые меня, как и положено, побаиваются, спрашивают вежливо: «Профессор, я правда молодец, или вы это с цинизмом говорите?» Хотя это вовсе и не цинизм. Это сарказм. Но они не знают про сарказм и называют его цинизмом. Про который тоже не знают.
И вот возникла у меня теория: израильская ментальность проста, конкретна и бесхитростна. И современный иврит именно к этому и приспособлен. А вот русская ментальность настоятельно требует читать между строк и иметь в виду не то, что говоришь. Ну и язык, соответственно. И поэтому израильтянин с точки зрения русскоговорящего человека – простофиля и «валенок». А русский, глазами израильтянина – циник и неисправимый лгун.
Красивая, в общем, получилась теория. Мне понравилась. И я полез ее проверять. В источники, но поглубже. Как обычно, вместо великого открытия произошло великое «закрытие». Или невеликое – это как посмотреть. Выяснилось, например, что переносный смысл у слова «графоман» изобрёл один из ранних сионистов Макс Нордау. И с великим удовольствием применял его, например, по отношению к композитору Рихарду Вагнеру, которого потом так любили нацисты. А израильтяне не любят Вагнера, но очень любят Нордау. И в каждом городе Израиля есть улица имени его. И поэтому такого не может быть, чтобы в иврите не использовалось слово «графоман» в переносном нордауском значении. И действительно, используется, причём весьма активно. Как в качестве самоиронии, так и для уязвления конкурирующего автора. Просто дети мои и студенты не знакомы, как выяснилось, с тем слоем носителей иврита, которые так используют слово «графоман». И которые, кстати, и со словом «сарказм» прекрасно знакомы и не путают сарказм с цинизмом.
И от этого открытия стало мне горько. Получается, детей не приобщил. Потому что мудрствовали мы с женой дома по-русски, а на иврите мудрствовали на работе. Как умели. И русское мудрствование дети проигнорировали, а с ивритским не столкнулись. Ну да ладно, дети теперь большие – сами разберутся. Или не разберутся, но тоже сами. А вот студентов я приобщу обязательно. А то так ведь можно и до уровня Эллочки Щукиной дойти! Про которую они тоже не знают, но это – ладно.